К вопросу о «перекройке» границ в СКФО (Газета “Пульс Осетии” № 5 от 05.02.2019 г.)

В последнее время в социальных сетях, в частности на сайте «Кавказский узел», появились публикации о проводимой ревизии сложившихся административных границ межу регионами Северо-Кавказского федерального округа. Произведены изменения границ между Чечней и Ингушетией, на стадии подготовки изменения границ между Дагестаном и Чечней. На очереди Северная Осетия и Ингушетия.
24 января 2019 года на этом же сайте опубликовано сообщение о том, что жители Ингушетии потребовали вернуть им земли в Пригородном районе. Члены ингушской делегации (30 человек) объявили властям села Ир в Пригородном районе о намерении вернуться в свои дома, оставленные после конфликта в 1992 году.
Осетинская сторона пока пассивно наблюдает за событиями в соседних республиках, как будто «перекройка» границ с Ингушетией нас не коснется.
Наша редакция обратилась за комментариями этих и других событий к известному в республике общественному деятелю, адвокату Джабраилу ГАБАЧИЕВУ с просьбой прокомментировать публикации.
– Как Вы расцениваете развивающиеся события по очередному нагнетанию осетино-ингушских отношений и публикации в социальных сетях?
– В условиях возникших и обостряющихся конфликтных ситуаций в последнее время между субъектами СКФО (в КБР – между кабардинцами и балкарцами (события вокруг с. Канделан), между ЧР и РИ (спор о границах), Дагестаном и Чечней, Ставропольским краем и Чечней (споры о границах), в КЧР между карачаевцами и черкесами, абазинцами и другими) становится очевидным, что эти провокации – звенья одной цепи. Ситуация по спорам о границах между республиками Северного Кавказа искусственно нагнетается, чтобы «взорвать» Юг России. Сегодня самое неподходящее время «уточнять координаты границ».
– Кому выгодно искусственное нагнетание межнациональной напряженности на Северном Кавказе?
– Мне не известно, кому конкретно, но инициатором выступил «Росреестр». Я лишь сошлюсь на публикацию от 25 января с. г. на том же сайте «Кавказский узел», где цитируются высказывания Главы Дагестана Владимира Васильева и Главы Чечни Рамзана Кадырова. А они весьма компетентные и знают, что говорят.
Так, 20 января глава Дагестана Владимир Васильев заявил, что пересмотр границы с Чечней «плановая и обязательная работа».
Правда, он не уточняет, чей это «план» и кто на них наложил такие «обязательства», и почему население в неведении о них. Известно лишь то, что комиссия по «уточнению» границы создана, работает в ускоренном режиме и должна за три недели подготовить свои предложения главам республик. К чему такая спешка, рационально не объяснимо.
Еще более откровенно прозвучало заявление Р. Кадырова, который сказал следующее: «В современном мире в ХХI веке руководство государства приняло решение обозначить границы, полностью межевать территории, чтобы в любое время… если будет военное положение, 100-процентно знали координаты… Каждому региону это необходимо. Чем быстрее мы решим, тем лучше для нас, для регионов». Кадыров отметил, что это поручение президента.
– 28.01.19 на сайте «Кавказский узел» была опубликована информация «Росреестра» о том, что по состоянию на 01.01.2019 в ЕГРН отсутствуют сведения о границах республик Ингушетия и Северная Осетия, КБР. Как такое может быть, что в ЕГРН «отсутствуют сведения»?
– Это может соответствовать действительности, так как ведомство «Росреестр» РФ (точное название «Федеральное агентство государственной регистрации, кадастра и картографии») создано относительно недавно. Ее филиалы (Управления) имеются в РСО-Алания и Республике Ингушетия. Там могут отсутствовать «сведения о границе» между нашими республиками.
Хочется верить в версию власти, что закрепление границ между субъектами направлено на укрепление межнационального мира и согласия в условиях достаточно хрупкой политической стабильности в этом геополитически важном регионе.
Укрепление позиций федерального центра на Северном Кавказе – это своевременный, жизненно важный и продиктованный политической необходимостью шаг, ввиду наличия заказа со стороны крупных геополитических игроков, заинтересованных в дестабилизации ситуации на Кавказе, всячески поддерживающих действия реакционно настроенных кругов из числа северокавказских народностей в блокировании сознательных инициатив и управленческих решений, идущих из центра.
– А кто будет определять, по каким границам проходили земли этих самых предков? По старым кладбищам или развалинам родовых башен? Кто будут эти «землемеры»?
– Скорее всего, ведомства «Россреестра» РФ по РСО-Алания и Республике Ингушетия и согласительные комиссии сторон. Процедура согласования «обкатана» между Чечней и Ингушетией и признана Конституционным судом России, соответствующей положениям Конституции Российской Федерации. А так, поживем – увидим.
– Как понять заявление экс-президента РИ Р. Аушева на митинге с. г. в Магасе: «Спора, как такового, о принадлежности Пригородного района нет. Район принадлежит Ингушетии. Это положение закреплено в Конституции Республики Ингушетия»?
– Думаю, что уважаемый экс-президент Р. Аушев глубоко заблуждается или просто провоцирует свой народ. Он хорошо знает, что положения Конституции РИ (Аушевской) не имеют обязательной силы как для Российской Федерации в целом, так и для Северной Осетии в отдельности. Это Основной закон для Ингушетии (внутренний).
Смею напомнить для Р. Аушева и других непонятливых оппонентов содержание положения части 3 статьи 67 Конституции Российской Федерации, где четко и однозначно прописано, что «Границы между субъектами Российской Федерации могут быть изменены с их взаимного согласия». Отсюда вывод: Пригородный район в состав Ингушетии можно передать исключительно по согласию с осетинской стороной. Будет ли получено такое согласие – вопрос времени и обстоятельств.
– Чем объясните, что ингушское общество, власти отказываются давать критическую оценку вооруженному конфликту октября-ноября 1992 года?
– Только недальновидностью и неспособностью учиться на допущенных раз ошибках. Они трудно обучаемы или вообще необучаемы, поэтому из раза в раз наступают на одни и те же грабли, которые бьют им по лбу. У них своя правда, у нас – своя.
У них как бы своя избирательная позиция (политика), не обвинять действующую на тот момент власть, допустившую конфликт, а перекладывать вину с больной головы на здоровую. Имеется в виду, на нас, осетин, которые в свое время не по своей воле были насильственно заселены на освободившиеся земли после депортации ингушей. В чем тут вина трех поколений десятков тысяч осетин, которые родились в Пригородном районе Северной Осетии?! На земле, которую им передало государство. Власть Союза ССР, которая, кстати, вместо Пригородного района передала в состав Чечено-Ингушской АССР три крупных района со Ставропольского края. Это факт, который нельзя отрицать.
Вспомните, что президент Ичкерии Дудаев в октябре-ноябре 1992 года отказался поддержать единокровных своих братьев, потому как не считал их правыми, а притязания на район неправомерными. Позже А. Кадыров, выступая на съезде мусульман Северной Осетии, заявил, что «Ингуши вам ближе, вот разбирайтесь сами».
– Существует ли реальная возможность мирного сосуществования осетин и ингушей на территории Пригородного района Северной Осетии?
– Конечно, существует. Но для этого надо поменять свое сознание и свой менталитет. Свой взгляд на нашу совместную историю. Руководствоваться и исходить из исторически сложившихся реалий, из мудрости наших предков, когда они разрешали земельные споры, когда еще республик наших не было. Жили вместе в горах.
На сегодняшний день на спорной территории в Правобережной части Пригородного района, в сельских поселениях, проживает около 58 тысяч человек. Почти поровну – осетины и ингуши, а также представители других народов в меньшинстве.
Поэтому считаю, что только население территории совместного проживания вправе решать вопросы совместного сосуществования на одной земле, а не те в Республике Ингушетия, которые к этому отношения не имеют и собирают подписи от населения за пределами спорной территории. Надо прекратить «педалирование» вопроса о принадлежности Пригородного района Северной Осетии, а жить по закону, по совести, по исторически сложившимся традициям и обычаям наших досточтимых предков.
– Имеется ли законодательная основа урегулирования постконфликтной ситуации?
Да, имеется. Это, прежде всего, положения Конституции Российской Федерации и Конституции Республики Северная Осетия-Алания и другое действующее законодательство.
Мне думается, что нужны еще специальные законодательные акты. К примеру: Закон РСО-Алания «Об особенностях органов местного самоуправления в местах (поселениях) совместного проживания осетин и ингушей»; «О создании особой зоны экономического благоприятствования на территории совместного проживания осетин и ингушей»; «Об особенностях землепользования на территориях совместного проживания осетин и ингушей».
Только путем применения процедур примирения, диалога, учета взаимных интересов населения на территории совместного проживания осетин и ингушей можно установить новые правила, найти новую Формулу доверительного добрососедства. Рядовым осетинам и ингушам делить нечего. Все они, как не раз были обмануты, так обманутыми и будут. Останутся безземельными батраками у своих алдаров (феодалов), если сами не смогут договориться. Будущие наши поколения нам не простят очередного противостояния.
Вопросы задавал Алан БЕРДИЕВ

Комментарии

Комментарии к данной статье отсутствуют

Добавить свой комментарий

Ваше имя:
Код:
Комментарий: